Сонечка просит кушать

Как эта кроха попадает в наш запертый дом, я не могла объяснить…

Позапрошлой весной, я заболела астмой. Врач сказал, что мне нужно срочно переехать из промышленного района мегаполиса в экологически чистое место, иначе приступы удушья будут становиться все мучительнее и повторяться чаще.

— Надо — значит, переедем, — заявил муж. — Учителя и в сельских школах нужны, а я могу на работу на машине ездить… Или в крайнем случае на электричке. Я обратилась к бывшей однокласснице — риелтору — с просьбой найти покупателей на нашу «двушку», а на эту сумму подобрать приличное жилье километрах в пятнадцати-двадцати от города.

Вскоре мы с Сережей перебрались в маленький, но добротный и со всеми удобствами котеджик на самой окраине большого села. И с моей работой все устроилось — в местной школе сходу предложили ставку биолога.

До начала учебного года оставалось больше двух месяцев, свободного времени навалом, и почти все его я посвящала обустройству на новом месте — дом и участок были довольно запущенными (видно, бывшие хозяева здесь не появлялись уже несколько лет).

Стояла жара, и пока муж не успел поменять трубы, подающие воду из скважины в ванную, бегала охладиться на крошечный прудик, расположенный сразу за домом. Местные ходили купаться и рыбачить на большое озеро, так что этот ставок я считала чуть ли не своей вотчиной. Плавать не умею, поэтому всегда в одном и том же месте (где просвет в камышах) заходила в воду по грудь и окуналась. Но в тот день случилось страшное: увидев плывущую на меня гадюку, шарахнулась в сторону, угодила в яму и тут же пошла ко дну. Очнулась уже на берегу — оказалось, вытащил сельский фельдшер, который решил сходить в лес за грибами и заметил, как я тону. Он же сделал искусственное дыхание — в общем, спас мне жизнь.

Мужу об этом приключении реши ла не рассказывать, но, вероятно, пребывание под водой вызвало необратимые изменения в моем мозгу, потому что именно с того дня я стала видеть и слышать очень странные вещи.

Началось с того, что мне стали чудиться шаги в доме. Одни — тяжелые и неторопливые, другие — легкие, быстрые, явно детские. Впервые обратила внимание на этот топот маленьких ножек, когда мы с Сережей ужинали. Замерла удивленно: — Что за ребенок у нас по дому бегает?!
— Кто здесь может бегать? — недоверчиво хмыкнул супруг.

— Неужели не слышишь?!

— Лер, ты меня пугаешь, — заволновался он. — Точно либо перегрелась, либо перетрудилась. Чтобы завтра только отдыхала, поняла?

Я послушалась мужа и почти весь следующий день провалялась с книжкой на раскладушке под яблоней. Ближе к вечеру отправилась на кухню, чтобы приготовить ужин. Я жарила биточки, когда за спиной вдруг раздался детский голосок: — Дай, пожалуйста, котлетку… Сонечка очень хочет кушать… Обернувшись, увидела девочку лет трех — болезненно худенькую, ясноглазую и с темными пятнами на бледном анемичном личике.

— Конечно, — я положила на тарелку биток с пюре, на другую — кусок творожной запеканки, но, когда снова повернулась, на кухне уже никого не было. Потом я эту малышку видела еще несколько раз — необъяснимым образом она проникала в запертый дом именно тогда, когда я занималась готовкой, и просила поесть. Потом стала являться еще одна «гостья» — средних лет полная женщина в желтом сарафане с кровавым пятном на груди. Она говорила всего три слова: «Немедленно уезжайте отсюда!»

Я подумала, что схожу с ума, и рассказала о «пришелицах» мужу. Тот перепугался и повез меня в город к профессору-психиатру. Пришлось лечь в клинику на обследование. Оно показало, что шизофрении у меня нет, органических патологий в мозгу — тоже. Чем были вызваны слуховые и зрительные галлюцинации, врачам выяснить так и не удалось. Зато когда я после выписки наконец свела знакомство с местными жителями, все разъяснилось. Оказалось, что в доме, который мы купили, раньше жила местная бизнес-леди — незамужняя владелица продуктового магазина. В сорок она родила «для себя» ребенка (от кого — никто не знал). А спустя два с половиной года к ней в жилище вломились грабители. Хозяйку, пытавшуюся защитить свое добро, зарезали, а на малышку у отморозков рука не поднялась. Девочка не смогла выбраться из дома и несколько дней находилась рядом с разлагающимся трупом матери. А потом и сама умерла мучительной смертью — от голода.

Этот страшный коттедж мы с мужем продали и переехали в другое село. До сих пор меня мучает совесть, что не предупредила новых хозяев о том, что они приобретают недвижимость с привидениями…

Оставить комментарий